Много ли мы знаем о своём языке? — Изчезающе мало.
Что я знаю о кругах? — Вот и знаю я число, именуемое π.
Кто зовётся второпяхом?.


В этом дневнике будут публиковаться заметки о языке, этимологии слов, пословиц, поговорок. Редактор не выносит своего мнения в посты, материалы представляют собой цитаты и переложения из научно-популярных публикаций. Источники будут указываться строго.

Обсуждения приветствуются, доброжелательность — приветствуется яро. :-)

Добро пожаловать.

P. S. Книга — источник (знаний, ума, глупости, — нужное подчеркнуть)
Свободная библиотека: flibusta.net/
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
01:15 

Можно ли собрать дребезги?

    В «Повести о моём друге Игоре» детский писатель Н. Н. Носов делится наблюдениями над речью своего маленького внука. Вот одно из них.
    Игорь рисовал цветным мелком и, уронив его на пол, разбил вдребезги.
    — Ну, ничего, — говорит, — положим все дребезги в коробочку.
    Ребёнок ещё не усвоил языковые исключения, в нём очень сильна уверенность в закономерности тех немногих грамматических моделей, которые он воспринял и которым подражает. В самом деле, если мы говорим в клочья, в щепки, в лоскутки, в лохмотья и т. д. и все эти части бывшего целого можно собрать в кучу, то почему де и с «дребезгами» нельзя поступить так же? И четырёхлетний Игорь употребляет эту модель.
    Но мы, взрослые, знаем, что никаких «дребезгов» не бывает. Ведь потому мы и пишем вдребезги, а не в дребезги, что речь здесь идёт не о каких-то конкретных кусочках, черепках. Это слово — наречие, характеризующее глагол разбить и подчёркивающее как бы высшую степень «разбивания», его завершённость: полностью, окончательно, вконец.
    Конкретное первоначальное значение этого наречия выдаёт его сочетаемость. Человек, владеющий русским языком, знает, что это слово теснее всего связанно, с одной стороны, с глаголом разбить, разбиться, а с другой — со словами, обозначающими бьющиеся предметы: разбил вдребезги тарелку, стакан, разбилась вдребезги чашка. Невольно возникает желание «перевести» наречие вдребезги предложным сочетанием «на кусочки, на черепки».
    И действительно, в русских говорах мы найдём слово дребезги без приставки в-, делающей его наречием. И дребезгов не соберёшь — в таком контексте записал это слово В. И. Даль, определив в «Толковом словаре» его значение как 'черепки, осколки'. В. И. Даль связывал слово дребезг с глаголом дребезжать 'глухо звенеть'. Однако современные этимологи считают более правильным возводить его к глаголу дробить. Иначе трудно объяснить такие, например, «недребезжащие» «дребезги», память о которых сохранила древняя пословица: Когда дуб в дребезги упадёт, кто хочет щепки ломает. Да и сочетание в дробь, диалектное в дребь очень сходны по звучанию с наречием вдребезги. Вот ещё одна псковская запись: Три дома в дребь разбило вихром (Островский район). Далеко не всегда можно связать с дребезжащим звуком и ближайших иноязычных «родственников» нашего «дребезга»: польское drobiazg 'безделушка, мелочь', литовское drebezna 'осколок, заноза', drãbanas 'тряпьё', drabažas 'отвалившаяся кора'.
    В том, что слово дребезг имеет значение 'звон, звук' и т. д. и в этом значении довольно широко известно в народном языке, нет ничего удивительного: попробуйте различить значения 'ударять' и 'звучать при ударе' в таких глаголах, как стукнуть или треснуть. Во Второй Псковской летописи (под 1363 и 1364 гг.) даже рассказывается, как жители разламывали городскую стену, а  з в у к   — да, да, именно з в у к!  — выносили в реку Великую. Под словом звук, однако, летописец имел в виду именно мусор, щебень, «дребезги».
    Итак, четырёхлетний внук писателя Н. Н. Носова оказался прозорливым этимологом. Усвоенная им синтаксическая модель не подвела: приставка в- действительно была предлогом, а дребезги — существительным, которое когда-то свободно склонялось.
    Таких предложных конструкций, превратившихся в наречия, в русском языке сколько угодно: вверх, вдоль, взахлёб, вразброд, наобум, набекрень, начеку. Многие из них стали основой устойчивых оборотов.

-----------------------------------------

Источник:
В. М. Мокиенко — В глубь поговорки.

@темы: история языка, слова, фразеологизмы

04:26 

О слове «довлеет»

    Что такое «довлеть»?

    Это древнерусское слово, ныне забытое живой речью, но бывшее в употреблении до конца прошлого века, происходит от того же корня, что и «довольно», и первоначально означало «быть достаточным», «хватать» (чего-нибудь, а не кого-нибудь!).
    Вспомним древнее изречение: «Довлеет дневи злоба его», что в переводе на современный язык означает «Хватает дню его забот». (Уместно отметить, что старинное — в смысле «забота» — ныне забытое слово «злоба» — до сих пор сохранилось в словах «злободневный», «злободневность» и в выражении «на злобу дня».)
    В настоящее время «довлеет», повторяем, в его первоначальном значении забыто, но ещё сто лет тому назад оно было бытовым, всем понятным словом, которое употреблялось и в частной переписке.
    Так в 1848 году А. И. Герцен в письме своему другу Н. П. Огарёву писал: «Сколько ни имей сил, их не довлеет».

    До сих пор существует — правда, отмирая, старинное слово «самодовлеющий», которое означает «самостоятельный», «независимый», «обходящийся своими силами»…
    Кроме этого основного значения «довлеть» имело ещё и смысл «удовлетворять», «соответствовать», «подобать».
    Этот смысл явно видно из одной реплики в драме «Смерть Иоанна Грозного» А. К. Толстого:

                    «… И почести, которые его
                    Пресветлому довлеют маэстату…»

    Итак, указанное значение было у слова «довлеть» в течении ряда веков. Достаточно заглянуть во все словари, включая словарь Даля и академический словарь 1867 года, чтобы в этом убедиться…
    И вдруг — лет тридцать тому назад — в силу чьей-то ошибки, основанной только на внешнем звуковом сходстве, «довлеть» приобрело нашей речи смысл «давить», «подавлять» и в этом новом своём качестве быстро вошло не только в разговорную речь, но и в язык периодический печати, радиопередач и даже художественной литературы.
    Любопытно отметить, что все современные словари чётко указывают на эту ошибку. (Разрядка в дальнейшем моя. — Б. Т.)
    Так, в словаре Ушакова (1935 г.) сказано:
    «С недавних пор стало встречаться н е п ра в и л ь н о е употребление этого слова в смысле «тяготеть над кем-нибудь», — и далее указывается: «по о ш и б о ч н о й связи по созвучию со словом «давление».
    «Словарь современного литературного языка» Академии наук СССР (1954 г.) тоже пишет про «новое употребление под влиянием о ш и б о ч н о г о отождествления со совами «давить», «давление», слова «довлеть».
    Я рад, что в этом вопросе могу сослаться на авторитетное мнение замечательного знатока русской речи писателя Фёдора Гладкова, который в письме от 20 мая 1958 года писал мне из Москвы по поводу слова «довлеть»:
    «Слово это — рудимент, пошло оно гулять по скандальному невежеству нашей интеллигенции. Смешали два слова «давление» и «довлеет», и получилось «довлеет над».
    Об этом же писал он неоднократно и в периодической печати.
    Однако радио, газеты и книги, несмотря на указания словарей и авторитетнейших писателей, продолжают насаждать н е в е р н о е  и  з а в е д о м о  о ш и б о ч н о е  значение слова «довлеть» в смысле «давить», «подавлять», что, конечно, способствует внедрению этой ошибки в разговорную речь.
    И не только в разговорную. Примеров ошибочного употребления слова «довлеть» в современной литературе можно найти множество. Трудно, напротив, отыскать пример правильного употребления этого слова. С большим трудом мне удалось обнаружить такой пример в стихотворении современника, старейшего поэта Николая Асеева «Терцина другу»:

                    «Стиху довлеет царское убранство…»

    Итак, «довлеть н а д чем-нибудь» — это явная и доказанная ошибка…
    Не будем же её повторять и умножать!


-----------------------------------------

Источник:
Борис Тимофеев — Правильно ли мы говорим.

@темы: узаконенные ошибки, слова, чистота языка

00:54 

Колесо Времени

    «Круговоротность» Времени своеобразно отражалась в восприятии прошлого и настоящего нашими предками. Прошлое им представлялось как «предыдущее», то есть идущее впереди, а будущее — как идущее сзади. «В Древней Руси прошлое впереди только потому, что оно начинает собою цепь событий, а настоящее и будущее сзади потому, что они эту цепь замыкают: здесь нет места для представлений о положении самого человека относительно этих «спереди» и «сзади». Представление о настоящем ещё не выкристаллизовалось, не отделилось полностью от представления о будущем» [Лихачёв Д. С. — Из наблюдений за лексикой «Слова о полку Игореве»]. Лишь при таком понимании времени можно объективно истолковать, например, следующую фразу из «Слова о полку Игореве»: «МужаимѢся сами: преднюю славу сами похытимь, а заднюю ся сами подѢлимь», то есть прошлую славу завоюем себе сами, а будущей славой (которая последует) поделимся.
    Аналогичное представление о прошлом, настоящем и будущем временах было и у древних греков, и у римлян. Собственно, на нём в какой-то степени покоится миф о так называемом золотом веке. Это своеобразное «будущее в прошлом» [как тут не вспомнить future in the past в английском языке — lingua_rus] у многих народов. Мечтая о бессмертии, привольной и обеспеченной жизни без войн и социальных противоречий, творцы фольклора смещали временные пласты, перенося чаяния о будущем в воспоминания о давно минувшем и потому никогда не существовавшем нигде, кроме разве что человеческого воображения:

        Первым век золотой народился, не знавший возмездий,
        сам соблюдавший всегда, без законов, и правду, и верность.
        не было шлемов, мечей, упражнений военных не зная,
        сладкий вкушали покой безопасно живущие люди.
        Вечно стояла весна; приятный прохладным дыханьем,
        ласково нежил эфир цветы, не знавшие сева.
        Боле того: урожай без распашки земля приносила;
        не отдыхая, поля золотились в тяжелых колосьях,
        реки текли молока, струились и нектара реки,
        капал и мед золотой, сочась из зеленого дуба.

    Так описывает благости золотого века римский поэт Овидий в своих «Метаморфозах». Его предшественник, греческий поэт Гесиод, в поэме «Труды и дни» воспел этот век не менее красочно. Но светлое будущее со временем уходило назад: золотой век сменился серебряным, затем медным, затем веком героев, когда разразились кровавые битвы под Фивами и Троей и, наконец, человечество вступило в жестокий и развращённый век — железный, когда «ни днём не прекращаются труды и печали, ни ночью».

-----------------------------------------

Источник:
В. М. Мокиенко — Загадки русской фразеологии.

@темы: история языка, слова

23:51 

Калейдоскоп

    «Столько много»
    По-русски можно сказать или «столько» или «так много».
    Между тем уродливое словосочетание «столько много», а также и «сколько много» всё ещё звучит в нашей разговорной речи.
    Эта неправильность объясняется тем, что наше современное слово «так» имеет устаревший синоним «столь»: когда-то говорилось «столь много», откуда и возникло ошибочное «столько много»...
    Опять-таки объяснение, но отнюдь не оправдание!


***



    «Качественная работа»...
    Что это означает?
    Ровно ничего. Ведь качество может быть и отличным, и хорошим, и посредственным, и плохим, и очень плохим... Однако за последнее время слово «качественный» синонимом понятия «хороший».
    Напомним, что для этого в русском языке есть слово «доброкачественный»...
    А в медицине рядом со словом «доброкачественный» есть ещё и «злокачественный». Представьте себе, как было бы нелепо, если бы врач, после исследований, сказал больному: «опухоль у вас качественная!»


***



    «Солянка»...
    Что это такое?
    1. Старинное название улицы в Москве.
    2. Растение, произрастающее на солончаках.
    И всё. Блюда такого нет.
    А если вам в ресторане или в столовой предложат «солянку» (мясную или рыбную), то знайте, что это исковерканное слово «селянка» (от слова «село», то есть «сельское кушанье»).
    Сошлюсь на литературу.
    Вспомним фельетон Салтыкова-Щедрина «Газетчик», где говорится: «приедешь в Московский трактир: — Гаврило! Селянки! — Ах, что за селянка была!..»
    Одного литературного примера мало? Найдём и другой. Откроем воспоминания В. А. Гиляровского «На жизненной дороге»: «Знаю, ради красного словца и себя облаешь... Иди селянку хлебать!..»
    Мне кажется, пора уже «солянке» снова стать «с е л я н к о й!..»

-----------------------------------------

Источник:
Борис Тимофеев — Правильно ли мы говорим.

@темы: слова, чистота языка

23:21 

Два слова о «паре»

    «На пару дней»
    Про это злосчастную пару (для непарных предметов) уже много писалось, но она упорно продолжает существовать, загрязняя нашу речь. Между тем ясно, что может быть «пара сапог», «пара перчаток», наконец «пара лошадей», но «пары дней» быть не может: могут существовать или «д в а дня» или «н е с к о л ь к о» дней.
    «Пара лет — не по-русски». Это замечание сделал В. И. Ленин на рукописи одного автора.
    Когда у Достоевского мы читаем: «У него была пара хороших дуэльных пистолетов», мы понимаем, насколько слово здесь стоит на месте: дуэльные пистолеты изготовлялись в количестве двух штук и продавались парами в одном футляре.
    У Апухтина в его известном стихотворении «Пара гнедых» тоже невозможно сказать «несколько гнедых». Но как часто мы слышим «пара дней», «пара раз», «пара друзей»... (И даже совершенно непонятно почему — «пара часов»!)
    Происхождение этой неправильности речи в отличие от многих других установить легко: по-немецки «ein Paar» (эйн паар), имя существительное, которое по-немецки пишется с большой буквы, означает два парных предмета, наречие, — несколько предметов. Это о б ъ я с н я е т, но отнюдь не и з в и н я е т указанную неряшливость в нашей разговорной речи...

-----------------------------------------

Источник:
Борис Тимофеев — Правильно ли мы говорим.

@темы: слова, чистота языка

19:30 

Требуха и субпродукты

    В настоящее время беда состоит в том, что многие ненужные иностранные слова насаждаются и внедряются в разговорный язык периодический печатью и радиопередачами.
    Вот, например, недавно я прочитал в газете объявление:
        «Покупайте в павильонах и ларях, на рынке и в специальных
         магазинах райпищеторгов питательные и дешёвые субпродукты!»
    Что за дьявольщина? Впервые встречаюсь со словом «субпродукты»! Что же это за новинка? Какие такие «подпродукты» предлагаются моему вниманию? Может быть — что-нибудь заморское и редкое? Но тогда почему «дешёвые»?
    Из дальнейшего текста объявления узнаю, что «субпродуктами» называются «говяжьи рубцы», «свиные головы» и «свиные ножки».
    Ба! Да ничего нового в этом нет. Однако задаю себе вопрос: как же на Руси назывались все эти «головы», «ножки» и «рубцы» до «изобретения» кем-то слова «субпродукты»? Справляюсь у Даля и узнаю: «сбой» (головы и ноги убитой скотины) и «требуха» (рубец, брюховина, сычуг, кутырь, ветрюх). Так для чего же вводить слово «субпродукты»? (Конечно, «требуха» не очень красивое слово, но Даль упоминает даже «требушников», то есть любителей требухи...)
    И если даже такому сложнейшему изобретению, как «полупроводники», мы нашли русское название, так неужели свиную и говяжью требуху надо обязательно называть по-латыни?

-----------------------------------------

Источник:
Борис Тимофеев — Правильно ли мы говорим.

@темы: слова, чистота языка

03:56 

Меж волком и собакой

    Выражение меж волком и собакой (французский оборот entre chien et loup) А. С. Пушкин дословно перевёл в «Евгении Онегине»:

                    Люблю я дружеские враки
                    И дружеский бокал вина
                    Порою той, что названа
                    Пора меж волка и собаки,
                    А почему, не вижу я.

    Поэт, как мы видим, не знал истории этого странного выражения, означающего «в сумерки». Он даже подчеркнул его странность, оторвав буквальным переводом от родной французской среды.
    Впрочем, и на родине фразеологизма его происхождение вызывает споры.
1. Одни считают, что его надо понимать буквально: в сумерки трудно отличить собаку от волка.
2. Другие прибавляют к этому рассказ о пастухе, который в сумерках перепутал волка с собакой.
3. Третьи утверждают, что под этой порой следует иметь в виду время между сумерками, когда волки выходят из своих нор в поисках добычи.
4. Наконец, четвёртые полагают, что волк и собака в древнем выражении — это символические обозначения света и тьмы, положительного и отрицательного начал, воплощённых в образы верного друга и его заклятого врага.
    Именно в этом, последнем смысле древние говорили, что гиена (т. е. ночь) заставляет собаку (т. е. день) замолчать.
    Вряд ли такое обилие противоречивых ответов на вопрос, поставленный А. С. Пушкиным, может нас устроить. Но ничего не поделаешь: время закодировало самые просты и бесхитростные рассказы о живтоных, ставшие прообразами современных фразеологизмов.


-----------------------------------------

Источник:
В. М. Мокиенко — В глубь поговорки.

@темы: звери, открытый вопрос, фразеологизмы

lingua russica

главная